— В от уже не первый раз вы выбираете для постановки знаменитую на весь мир пьесу. Не боитесь браться за такие мощные сюжеты?

— Да, пару лет назад я работал над спектаклем «Кармен». Это был мой первый опыт работы с произведением такого рода, которое было поставлено миллионы раз. Конечно, я сомневался, но риск — дело благородное. Мы с большим успехом сыграли спектакль более 200 раз. Мне кажется, нам удалось найти оригинальное решение и показать людям нечто действительно новое. После этого я перестал бояться большой драматургии. И вообще бояться.

Илья Авербух: «Я действительно сверхтребователен»
Татьяна Тотьмянина и Максим Маринин играют главные роли в спектак-ле Ильи Авербуха «Ромео и Джульетта». Когда-то одноименная программа принесла паре олимпийское золото

— И замахнулись на Шекспира.

— Да, что касается «Ромео и Джульетты», то мы сделали действительно зрелищное шоу. Подробности разглашать не буду, чтобы не портить удовольствие зрителям. Скажу только, что в процессе работы над проектом многие артисты открыли в себе новые, неожиданные таланты. Например, Роман Костомаров впервые взялся за шпагу и в кратчайший срок на-учился мастерски фехтовать.

— Правда ли, что в вашей труппе появились новые звезды?

— Да, к нам присоединились действующие олимпийские чемпионы Татьяна Волосожар и Максим Траньков. Кто еще может похвастаться такими артистами?

— Как их приняли «ветераны» проекта? Ревности не было?

— Да ну что вы! Какая ревность?! У нас тут совершенно другие отношения. Я бы, пожалуй, назвал их семейными. Да, это и есть моя семья (улыбается).

— В семьях как раз обиды и ссоры случаются довольно часто.

— А уж в коллективе, где каждый — звезда, сохранить равновесие очень сложно.
Вы не представляете, как я мучаюсь (смеется). Дать всем равно­значные роли — это полбеды. Передо мной стоит гораздо более сложная задача — раскрыть каждому артисту его героя. Иначе ребятам будет скучно, и они потеряют интерес к произведению. А мне важно их зажечь! Иногда приходится быть жестким, но стараюсь все решать мирно. С каждым разговариваю по‑разному, ищу верную интонацию и слова. В общем, осваиваю психологию и, думаю, преуспел в этом (смеется).

Илья Авербух: «Я действительно сверхтребователен»

— И как убеждаете?

— Мотивирую. Идея очень проста: вместе мы сила. Как только появится разобщенность — все быстро закончится. Практика показывает, что я прав. Кажется, только вчера мы отмечали 10-летие нашей компании, а скоро будем задувать на торте уже 15 свечей (улыбается). За это время мы представили более 2000 различных шоу, спектаклей и телепроектов. Мы единый коллектив, именно это помогает выдерживать конкуренцию и быть лидерами в ледовой индустрии.

— Говорят, вы очень строгий руководитель.

— Да, в том, что касается рабочих моментов, я действительно сверхтребователен. Но иначе никак. Спектакль — огромный механизм, который должен работать без сбоев, поэтому компромиссы в этих вопросах невозможны. Все должно быть идеально. Никаких других требований у меня нет. Я никак не влияю на артистов. В личную жизнь не лезу, графиков, кому когда рожать, не составляю (улыбается). Ребята сами умеют расставлять приоритеты. Хочешь ребенка? Отлично! Например, Оксана Домнина начинала работать в «Кармен», а когда выяснилось, что они с Романом Костомаровым ждут ребенка, на время покинула проект. Родила сына Илью и вернулась, когда смогла. Таня Тотьмянина весь первый сезон пропустила, Татьяна Навка уходила в декрет. Мы спокойно дожидаемся всех.

Зрители не будут аплодировать за былые заслуги. Титулы и медали тут не помогут, ребятам нужно каждый раз доказывать право выходить на лед. Быть лучшими здесь и сейчас

— В вашем коллективе немало семейных пар. Это обстоятельство мешает или помогает работе?

— Для тех, кто выступает в соревнованиях, отношения внутри пары — абсолютное зло. В этом я уверен. Конфликты переносятся из дома на лед и обратно. Это мешает тренировочному процессу и разрушает отношения. Тем более что психологические и физические нагрузки так велики, что на романтику банально нет сил.

Илья Авербух: «Я действительно сверхтребователен»

— Но мы говорим не о спорте.

— Да, что касается работы в шоу, то семейный подряд, на мой взгляд, идеальное решение. Артисты часто ездят на гастроли, расставания с близкими неизбежны. А наши все время вместе. В этом случае лед сближает и, пожалуй, даже цементирует чувства.

— Вы так вдохновенно об этом говорите, но сами до сих пор одиноки.

— Нет, не одинок, не волнуйтесь. Со мной артисты, сын, словом, дом — полная чаша.

— Но сына, наверное, удается видеть не очень часто.

— Вы правы, гораздо реже, чем хотелось бы. Но зато, когда мы вместе, у Мартина настоящий праздник. Хочу показать сыну, что реальная жизнь намного интереснее виртуальной, которой увлечены современные дети.

— Удается?

— Надеюсь.

— Вы похожи?

— И да, и нет. В его возрасте моя жизнь была подчинена спорту: я рос в очень жестком графике и нес огромную ответственность. У Мартина ничего подобного нет, поэтому он гораздо спокойнее и расслабленнее. Но душевно мы с сыном очень близки, чувствуем практически одинаково.

— Мартину 13 лет, трудный возраст. Справляетесь?

— Нет проблем. Я ничего не запрещаю сыну. Пусть играется, пока маленький. Главное, чему я хочу его научить, — это трудолюбие. Мне важно, чтобы он понимал: ничто само не придет к нему в руки. Что добиться чего бы то ни было он может только сам. Не за счет мамы с папой, но, безусловно, при их поддержке. Это и есть моя главная родительская задача.

Домнина и Костомаров: «Быть вместе — для этого нужно терпение»

Фото: PR

Подпишись на канал Lisa в Яндекс.Дзен