Виктория Аликина — ведущий научный сотрудник лаборатории эндокринологии института физиологии природных адаптаций федерального исследовательского центра комплексного изучения Арктики. Свои научные знания она активно применяет в жизни и учит других, как это делать, а также организует выездные фестивали женского здоровья.
Вы много лет занимаетесь фундаментальной наукой. В какой момент захотелось выйти из лаборатории к людям?
Я уже 20 лет работаю в Российской академии наук и изучаю, как организм адаптируется к жизни в некомфортных условиях, прежде всего на Севере. Меня всегда интересовала не патология, этим занимается медицина, а физиология: как эндокринная система, обменные процессы и механизмы адаптации помогают человеку приспосабливаться к среде. Фундаментальная наука создает основу, на которой рождаются открытия и практические рекомендации. Но в какой-то момент я поняла: людям нужно не только, чтобы ученые писали статьи. Им важно простым языком объяснить, что влияет на здоровье уже сегодня. Сначала я стала читать научно-популярные лекции — о сне, циркадных ритмах, генетике и эпигенетике, дофамине, привычках, мозге и памяти. Потом меня пригласили разработать дисциплину «Управление здоровьесбережением населения региона» для студентов. Позже я получила образование функционального и клинического нутрициолога.
На лекциях люди часто говорили: «Если бы мне объяснили это в 20 лет, многих ошибок удалось бы избежать». Тогда я поняла, что нужен курс для молодых людей понятный, прикладной, но научно обоснованный. Так появилась дисциплина «Экологическая безопасность и общественное здоровье», которую сейчас уже второй поток студентов проходит в одном из университетов Архангельска.
Какие главные мифы о жизни на Севере вы хотели бы развенчать прежде всего?
Первый миф: белые ночи можно воспринимать только как романтику: гулять до полуночи, сбивать режим и «наслаждаться летом». В Архангельске в июне день длится примерно 21, 5 часа, солнце садится всего на пару часов. Это красиво, но для организма постоянный свет — серьезное вмешательство в циркадную систему. А она дирижирует целым «оркестром» гормонов и биологических процессов. Свет подавляет выработку мелатонина, нарушает сон, сбивает ритм кортизола, влияет на восстановление мозга. Организм адаптируется, но какой ценой? Ценой ресурса. Если в белые ночи не держать режим, человек платит энергией, концентрацией и ускоренным истощением.
Второй миф: Север закаляет, а холод делает сильнее. Холод действительно может быть тренировочным стимулом, если человек здоров и находится в ресурсе. Но когда организм истощен, холод становится не лекарством, а дополнительным стрессом. Модные холодовые ванны — это контролируемая нагрузка. А жизнь в Арктике — хроническое, фоновое, часто неконтролируемое воздействие. Поэтому холод сам по себе не оздоравливает. Он либо усиливает ресурс, либо забирает последние резервы, и на Севере чаще случается второе.
Третий миф: на сером Севере нужно круглый год есть яркие экзотические продукты и суперфуды. Для северного рациона исторически бы ли важны рыба, мясо, жиры, ягоды, ферментированные продукты, водоросли, травы. Когда человек полностью переходит на «универсальный здоровый рацион» с большим количеством сырой клетчатки, фруктозы, авокадо и круглогодичного «летнего питания», это может создавать нагрузку на систему адаптации. Я не против разнообразия.
Но устойчивый рацион — не самый модный, а тот, который сочетает современные знания и среду, в которой человек живет.
Как объяснить школьникам эпигенетику так, чтобы им захотелось изменить привычки?
Я не начинаю с терминов. Спрашиваю: почему в одни дни вы чувствуете себя сильными, а в другие — разбитыми, хотя вроде бы вы те же самые? Почему близнецы к середине жизни могут сильно отличаться, если росли в разных условиях?
Эпигенетика — это идея о том, что образ жизни является языком, на котором мы «разговариваем» с генами. Мы не меняем сами гены, но можем влиять на их активность. Сон, свет, питание, стресс, движение — это сигналы.
Не спишь вовремя — меняется работа генов, связанных с восстановлением мозга. Живешь в постоянном стрессе- активируются воспалительные процессы. Двигаешься включаются механизмы энергии и адаптации. Генетика — это потенциал. И как он реализуется, во многом зависит от среды и ежедневных решений.
Что помогает вам переключаться вне института и кафедры?
Честно говоря, работа в институте для меня не то, от чего нужно специально восстанавливаться. Мой мозг настолько настроен на научно-практическое восприятие мира, что даже хобби часто связаны с исследованием жизни.
Я люблю бумажные книги. Сейчас вместе с научно-популярной литературой перечитываю русскую классику — Тургенева, Салтыкова-Щедрина, Достоевского. Мне нравится обсуждать с дочкой не только книги, но и жизненные ситуации, ценности, мечты.
Мне нравится готовить необычные блюда и красиво сервировать стол. Люблю комнатные растения: мечтаю, чтобы дома росли лимоны, кумкваты, жасмин и мирт. Зимой катаюсь на лыжах, делаю зарядку босиком на снегу. Летом — велосипед, сапборд по тихим лесным речкам. Круглый год хожу в баню: для меня это главная хранительница традиций.
Вы прекрасно выглядите. В чем ваш личный секрет красоты и энергии?
Для меня внешний вид — отражение внутреннего состояния. Как эпигенетик я выделила 12 факторов, которые влияют на организм, и стала постепенно убирать вредные привычки. Уже больше трех лет в моей жизни нет алкоголя, кофе и чая. Я не использую духи и средства с синтетическими отдушками — только эфирные масла. Стараюсь минимизировать пластик в быту. Каждое утро делаю зарядку. В квартире принимаю ледяной душ, но сразу подчеркну: у таких практик много тонкостей, без подготовки ими лучше не заниматься.
Дома вы отключаете «режим ученого»?
Для меня наука — стиль жизни. Мне не нужно специально включать режим ученого: анализировать, задавать вопросы — проверять факты и использовать критическое мышление для меня естественно.
Я люблю бытовые и косметические гаджеты, но всегда оцениваю их с точки зрения безопасности, пользы и реального эффекта. Друзья часто обращаются ко мне за советом, потому что знают: я не поведусь на красивую упаковку, а разберусь, что за ней стоит.
