Год назад умерла моя подруга — молодая, талантливая журналистка. Прекрасный человек, выдающийся профессионал, надежный друг, любящая дочь, красивая женщина. Ее смерть стала неожиданным ударом для ее многочисленных друзей и коллег по всему миру.
Болезнь развивалась стремительно, и ни достижения современной медицины, ни старания врачей не помогли. 10 мая 2025 Иры Панкратовой не стало. Близким и друзьям Иры пришлось учиться жить и работать без нее.
Смерть — всегда испытание для тех, кто остается. Даже ожидаемый — из-за возраста или долгой болезни — уход пожилого человека, прожившего счастливую насыщенную жизнь, мирно уходящего в окружении родных и близких, огромная потеря для тех, кто его любит.
С утратой важного человека в сердце и жизни образуется «черная дыра», и каждый из нас находит свои способы взаимодействия с этой бездной. Универсальных рецептов нет. Однако у меня есть рекомендации по технике безопасности для тех, кто сейчас проживает тяжелый момент утраты.
Запомни: у горя нет заводского срока годности
Даже тем, кто не является психологом по профессии, знакома модель Кюблер-Росс, описывающая пять стадий принятия тяжелой ситуации: отрицание, гнев, торг, депрессия и принятие. Увы,
Помни об этом и не старайся «уложиться» в сроки, определенные врачами, психологами, известными авторитетами или знакомыми. У каждого из нас свой путь в стране скорби, и крайне важно пройти его до конца. Зигмунд Фрейд в своей работе «Печаль и меланхолия» назвал этот процесс «работой горя».
Первое, что я хочу тебе посоветовать — не следовать учебникам и научным схемам, а найти собственный способ проживания горя и — людей, способных принять тебя горюющей, которые будут достаточно сильны, чтобы оставаться рядом на протяжении всего этого нелегкого пути.
Не бойся своих «неправильных» чувств
«Становится трудно доверять себе,
Все, на что ты можешь сейчас положиться, —
Это то, что скорбь сделает свое дело»
— пишет в своем стихотворении «К скорби» ирландский поэт, писатель и священник Джон О’Донохью.
Помни также о том, что ты имеешь право на весь спектр чувств. Не пугайся, если вдруг неожиданно поймаешь себя на том, что чему-то радуешься и даже смеешься, хотя тебе «пристало» предаваться горю. И наоборот: если «накрывает болью», не сдерживайся и позволяй себе прожить ее до конца.
Отложенное, не до конца прожитое горе меняет, ослабляет нас. Как пишет выдающийся американский психиатр, психоаналитик Вамик Волкан в своей книге «Жизнь после утраты: психология горевания»,
Пусть тебя не пугает смена чувств и состояний. Исследователи из Нидерландов Маргарет Штребе и Хенко Шат назвали это Моделью двойного процесса в совладающем поведении: человек поэтапно переживает признание потери и переживание боли; отход от эмоций и решение практических вопросов, появившихся вследствие утраты.
Эти два процесса циклически повторяются, постепенно исцеляя человека. Даже если в какой-то момент поймаешь себя на какой-то невысказанной обиде ушедшему близкому — не отвергай это чувство, позволь себе побыть в нем.
Запомни: у нас нет «плохих» и «хороших» чувств.
Моя наставник, коуч и практик Анна Романенко предлагает воспринимать эмоции как детей: не бывает так, что одни «плохие», поэтому сдадим их в детдом, а «хороших» будем кормить и растить. Все эмоции — наши. И позволяя себе проживать их, мы трансформируем их в силу и ресурс.
Разреши себе горевать, даже если это кажется неприличным
К сожалению, жизнь стала настолько динамичной, что от нас ожидают быстрой адаптации и эффективности в любой момент нашего бытия. Общество пусть и не прямо, но косвенно намекает: вот тебе пару дней на похороны и — будь добра, возвращайся в строй.
Людей с длительной травмой нередко стигматизируют, воспринимают как бракованных. Боль и горе в нашем успешном сверхпозитивном мире настолько воспринимаются как «не норма», что люди порой предпочитают просто скрыть факт потери. Вдруг неожиданно между делом упоминают: «я похоронил отца», «умерла мама», потому что надо держать лицо, не расслабляться.
«Мы живем в культурной среде, которая отрицает смерть. Вместо того, чтобы повернуться лицом к собственной уязвимости и признать тот факт, что мы можем терять и быть потерянными, мы превозносим стоицизм и призываем тех, кто переживает утрату, стиснуть зубы. Культурально мы все предрасположены к осложненному и отсроченному гореванию», подтверждает американский психиатр Вамик Волкан.
Найди в себе силы попросить о помощи
Очень часто люди, переживающие смерть близкого, оказываются наедине с собственным горем. Складывается ощущение, что весь мир продолжает жить, где-то там наверху светит солнце и поют птицы, а ты оказалась на дне темного колодца, где сыро и холодно.
Порой знакомые вспоминают о тебе. Подходят к колодцу, бросают вниз листовки с инструкциями «ешь хорошо, спи больше», «выходи в люди», «соберись уже» и идут дальше, а ты все больше погружаешься во мрак отчаяния. И все же чужая растерянность не отменяет твоего права быть услышанной. Позволь себе побыть в этом колодце. Однако не отказывайся от помощи.
Иногда накинутый на плечи плед и чаша горячего чая, протянутая вовремя, молчаливое присутствие стоят сотен мега-позитивных роликов и мотивирующих призывов к жизни. Помни: мы — социальные существа. Способность к формированию и поддержанию значимых связей с другими людьми не менее важно для благополучия человека, чем физическое и психическое здоровье.
Как попросить о помощи? Иногда помогает пост в соцсети — так сделал один мой друг сразу после смерти любимой супруги — написал, что ему нужна помощь, и откликнулись десятки человек. Кто-то собрал деньги, кто-то помог с организацией похорон, кто-то — с вечером памяти, кто-то был рядом все это трудное время.
Можно найти группы поддержки в своем городе через психологические и специализированные форумы, через церковные общины, набрав номер телефона доверия. Или просто дать знать знакомым. Не все откликнутся. Не все будут деликатны и отреагируют бережно, но обязательно найдет кто-то, кто тебя поддержит. Только дай знать миру, что тебе нужна помощь.
Попрощайся с ушедшим тем способом, который откликается
Ритуалы помогают прожить скорбь и постепенно принять новую реальность. У наших предков для этого были понятные формы: обмывание тела, прощание в доме, отпевание, похороны, поминки. Близкие некоторое время носили траур, и общество признавало: им нужно время, чтобы вернуться к привычной жизни.
Сейчас черное после похорон носят не все, а молитвы и традиционные обряды подходят не каждому. Но это не значит, что ты не можешь создать собственный способ попрощаться с близким человеком. Вот несколько вариантов.
1.Напиши письмо
Если ты чувствуешь, что между тобой и ушедшим человеком остались невысказанные слова, незавершенные отношения — напиши письмо. Выбери место и время, где тебя никто не потревожит. Зажги свечу. Возьми лист бумаги и ручку. Напиши все, что ты хотела бы сказать.
Если чувствуешь потребность — попроси прощения. Если есть обида — выскажи. Увидишь:
2. Приготовь одно из любимых блюд в честь усопшего
Например, на 40 дней или на годовщину смерти или в любой другой день. Так ты отдаешь дань тому, кто тебе дорог. Например, когда я помогала другу в организации вечера памяти для его ушедшей супруги, на столе стояли только ее любимые блюда, а весь вечер мы вспоминали истории, связанные с их совместной жизнью. Гостям мы раздали кулечки с любимыми конфетами усопшей.
Через некоторое время после смерти моей любимой бабушки, я достала ее рецепт и впервые в жизни сделала выпечку для своего мужчины. И, знаешь, пока я замешивала, лепила тесто, ощущение, что бабушка рядом, не покидало меня.
3. Выполни последнюю волю усопшего
Если есть какое-то незаконченное дело, которое хотел, но не успел сделать твой близкий в течение жизни — собрать архив, издать книгу, съездить куда-то — ты можешь сделать это за него. Необязательно издавать книгу многотысячными тиражами — достаточно электронного формата, который прочитают близкие.
Моя подруга Ира, о которой я упомянула в начале, просила похоронить ее на Новодевичьем кладбище в Петербурге, рядом с бабушкой. И нам с ее мамой удалось это сделать. То, что я сумела выполнить последнюю волю Иры, помогло в первую очередь мне самой.
4. Делай то, что просит сердце
Когда ковид забрал моего близкого человека, я буквально на автопилоте дошла до магазина, купила пряжу, крючок и стала вязать. Просто вязать — без цели. Руки сами вспомнили навык, который я освоила лет в восемь и к которому с тех пор не возвращалась.
Провязывая каждую строчку, я вспоминала тот или иной момент из нашей истории любви. Будто противостояла богиням судьбы Паркам, которые обрезали, распустили полотно жизни любимого. Через два месяца полотно, которое оказалось пледом, было готово, острая боль отпустила, и я подошла к принятию утраты.
Вместо заключения
Проживание потери требует времени, душевных сил, мужества. Постепенно, шаг за шагом, мы проживаем все спектры боли и понемногу свыкаемся с реальностью, в которой нет наших любимых. Однако на самом деле — они всегда с нами. В памяти. В привычках. В ритуалах.
Зигмунд Фрейд писал своему коллеге, потерявшему сына, в апреле 1929: «Мы находим место для того, кого потеряли. Хотя мы знаем, что острая скорбь после такой утраты сотрется, однако мы остаемся безутешны и никогда не сможем подобрать замену. Все, что становится на опустевшее место, даже если сумеет его заполнить, остается чем-то иным. Так и должно быть. Это единственный способ продлить любовь, от которой мы не желаем отречься».
И в конце концов, как завершал свое стихотворение ирландский поэт Джон О’Донохью:
«И когда скорбь завершит свою работу,
Рана потери заживет
И твои глаза отвыкнут
От этой пропасти в воздухе,
Ты сможешь войти в очаг
Души, где твой любимый Ждал твоего возвращения
Все время».
