- Параметры фигуры 90-60-90: что это такое
- Что означает фигура 90-60-90 в контексте эволюционной психологии
- 90-60-90: тип фигуры или культурный конструкт
- Почему стандарт стал культовым
- Современный взгляд: эталон без эталона
Тип фигуры с параметрами 90-60-90 — ориентир, известный почти каждому человеку независимо от пола и возраста. Особенно людям старшего поколения, ведь в 80-90-е годы эти числа часто встречались в журналах, разговорах о диетах и рекламе. При этом в бытовых обсуждениях внешности мало кто мог внятно объяснить, почему именно этот набор сантиметров закрепился в массовом сознании как эталон. В этой статье рассказали, что стоит за формулой, которая до сих пор (хотя и в меньшей степени), но все еще встречается в разговорах о женской красоте.
Параметры фигуры 90-60-90: что это такое
90-60-90 — это не размеры одежды и не рост, а соотношение объемов, которое в теории создает так называемую фигуру «песочные часы»: обхват груди — 90 см, обхват талии — 60 см и обхват бедер — 90 см. Грудь при таких параметрах имеет средний или чуть выше среднего объем, талия четко обозначена и легко подчеркивается поясом или ремнем, бедра округлые, но не массивные. На человеке ростом около 170 см эти обхваты выглядят пропорционально и гармонично, а на более низком росте те же сантиметры будут визуально восприниматься плотнее, потому что объем распределяется на меньшую длину тела.
В международной типологии фигур силуэт «песочные часы» считается одним из нескольких возможных вариантов строения тела наряду с «грушей», «перевернутым треугольником», «прямоугольником» и «яблоком». Разница между типами определяется тем, как соотносятся между собой плечевой пояс, талия и таз, а не абсолютными значениями обхватов.
Чтобы понять, как на практике выглядит фигура 90-60-90, нужно представить силуэт, в котором плечи и бедра примерно равны по ширине, а талия заметно уже, что создает изгиб и визуально делит тело на две округлые части. Отсюда и отсылка к форме песочных часов.
-
Не пропустите
Что означает фигура 90-60-90 в контексте эволюционной психологии
Разница между талией и грудью в этой формуле составляет 30 см, и столько же между талией и бедрами. Именно этот перепад, а не сами числа, создает тот самый силуэтный изгиб, который ассоциируется с женственностью в европейской культурной традиции. В антропометрии для описания подобных пропорций используется так называемый индекс талии и бедер, или WHR, и для «песочных часов» он обычно составляет 0,65-0,7.
Исследования эволюционной психологии, начиная с работы Девендры Сингха в 1993 году, утверждали, что мужчины в разных культурах подсознательно считывали такой низкий индекс талии и бедер как маркер хорошего репродуктивного здоровья. Хотя сам Сингх неоднократно подчеркивал, что речь идет о статистической тенденции, а не об универсальном законе. В 2019 году ученая из США Жанна Бове опубликовала исследование, в котором подвергла критике выдвинутые за 25 лет гипотезы о том, что женщины с определенным соотношением талии и бедер отличаются лучшим здоровьем и фертильностью, чем женщины с другими показателями. По ее словам, такая связь не подтверждается. В 2024 году ее выводы усилили еще в одном исследовании, авторы которого даже заявили, что в ряде случаев эти параметры связаны с пониженной фертильностью.
90-60-90: тип фигуры или культурный конструкт
До сих пор многими 90-60-90 воспринимаются как некий природный эталон, будто бы наука или природа однажды установили, что именно такое соотношение обхватов является правильным. На деле эти числа не имеют ни биологического, ни медицинского обоснования. Они не встречаются ни в одном антропологическом исследовании как норматив, ни в одном клиническом протоколе как показатель здоровья. Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) использует для оценки рисков соотношение окружности талии к росту и индекс массы тела, но никак не соотношение трех обхватов. Эндокринологи и диетологи при анализе состава тела ориентируются на распределение жировой ткани, мышечную массу и висцеральный жир, а не на сантиметры, измеренные портновской лентой.
Параметры фигуры 90-60-90 в том виде, в каком мы их знаем, — это продукт индустриального 20 века, когда массовое производство одежды потребовало стандартизации манекенов и размерных сеток.
До этого женская красота измерялась не числами, а живописными и скульптурными идеалами, которые менялись от эпохи к эпохе. Например, в разные периоды были следующие эталоны красоты:
- «Палеолитические Венеры» с гипертрофированными формами.
- Венера Милосская с ее мощными бедрами и мягким животом.
- Девушки Ренессанса с округлыми телами и высокими лбами.
Все это были идеалы, выраженные в визуальном языке, а не в сантиметрах. Числовая фиксация красоты стала возможной, когда появилось массовое швейное производство, стандартизированные манекены и индустрия моды, которой нужны были измеряемые параметры для подиумных моделей.
Откуда взялись именно эти числа
Наиболее распространенная версия происхождения стандарта отсылает к 1950-м годам и послевоенному всплеску женственности в западной культуре, пришедшей на смену атлетизму и строгой функциональности. В этот период в Америке и Европе формировался новый визуальный канон, во многом связанный с именем Кристиана Диора и его силуэтом «нью-лук», представленным в 1947 году, который как раз отличался подчеркнутой талией, расширенными бедрами и акцентированной грудью. Такой силуэт требовал моделей с определенными пропорциями, способных продемонстрировать одежду так, чтобы она сидела идеально.
Параллельно в Штатах развивалась индустрия рекламы и кинематографа, где фигуры Мэрилин Монро, Брижит Бардо и Софи Лорен также задавали визуальный ориентир. Измерения этих женщин варьировались и далеко не всегда точно соответствовали модельным 90-60-90, но укладывались в близкий диапазон обхватов. Например, Мэрилин Монро, которой часто приписывают эти параметры, по разным источникам, имела талию от 56 до 63 см и бедра около 86-90 см. И все же именно в этот период произошла кристаллизация: индустрия моды и массовая культура совместно зафиксировали некий усредненный идеал, который был достаточно конкретным для того, чтобы стать меркой, и достаточно округлым для того, чтобы легко запоминаться.
В СССР числа 90-60-90 начали активно циркулировать в 1970-80-е годы вместе с проникновением западных глянцевых журналов, переводных статей о красоте и первыми профессиональными конкурсами красоты. До этого советская система размеров опиралась на другие принципы классификации и не оперировала западными стандартами подиумных моделей. С распадом Советского Союза и открытием границ западный визуальный канон хлынул в постсоветское пространство почти без фильтров, и эти три числа быстро превратились в бытовое мерило женской привлекательности, утратив всякую связь с контекстом своего происхождения.
Почему стандарт стал культовым
Культовый статус 90-60-90 объясняется не биологией и не эстетикой, а эффектом самоподдерживающегося культурного цикла. Как только некий параметр начинает восприниматься как норма, он воспроизводится в медиа, рекламе, кино и разговорной речи, и каждое новое воспроизведение укрепляет его статус. Глянцевые журналы десятилетиями публиковали параметры моделей рядом с их фотографиями, создавая у женщин ощущение, что эти числа чуть ли не паспорт красоты, подлежащий постоянной проверке.
Ожидаемо, что фитнес-индустрия подхватила эту формулу как маркетинговый инструмент: тренажерные залы обещали «привести талию к 60», диетологи составляли планы питания «на 90-60-90», а производители корректирующего белья предлагали мгновенное приближение к идеалу с помощью утягивающих конструкций.
При этом антропометрические данные показывают, что фигура с параметрами 90-60-90 встречается у небольшого процента женщин. Большинство женских тел распределяют объемы иначе: талия у многих шире 60 см даже при низком проценте жира, потому что ширина талии определяется строением ребер и грудной клетки, которое не меняется от диеты. Обхват бедер зависит от ширины тазовых костей, которая тоже генетически задана.
-
Не пропустите
Современный взгляд: эталон без эталона
В последние десятилетия разговор о женской фигуре заметно изменился. Индустрия моды постепенно отходит от единого стандарта: на подиумах появляются модели разных размеров и телосложений, рекламные кампании брендов все чаще демонстрируют разнообразие форм, а социальные сети стали площадкой, где женщины публично обсуждают нереалистичность единого идеала. Фокус все больше смещается с установки «как я выгляжу» на «как я себя чувствую».
Тем не менее 90-60-90 продолжают жить в языке и культуре как устойчивое выражение, которое используют даже в ситуациях, когда говорящий не вкладывает в него буквального требования к телу. Эти числа стали чем-то вроде культурной идиомы, метафорой идеальной женственности, которая работает на уровне узнавания, а не измерения. И в этом смысле формула переживет тот культурный контекст, в котором родилась: даже если стандарт уйдет окончательно, эти три числа останутся в памяти как напоминание о времени, когда красоту пытались свести к арифметике.
